Газета "Горожанин" №7-2009 Он был голосом эпохи.

10.07.2009 г.
     Продолжаем рубрику, посвященную деятелям культуры, жившим или постоянно отдыхавшим в Загорянке. 2 июня - день памяти Н.Н. Озерова, великого нашего земляка, ушедшего из жизни в 1997 году.
     С именем его деда, главного врача Северной железной дороги Ивана Сергеевича Сахарова связана биография дачного поселка. Несколько поколений Озеровых внесли серьезный вклад в отечественную культуру. Загоряне с уважением и гордостью хранят память о своем знаменитом земляке, чье имя носит одна из улиц городского поселения Загорянский.



О Н  Б Ы Л  ГОЛОСОМ ЭПОХИ
Он футболист, он теннисист
И даже МХАТовский артист.
Не ведала история
Такого троеборья.

     Услышав эту довольно известную в советские времена эпиграмму, коллеги и друзья Николая Николаевича Озерова отмахивались: «Какое троеборье?! Он десятиборец!».
Вспоминая о нем, актер Михаил Ульянов говорил: «Как невозможно себе представить Великую Отечественную войну без голоса Левитана, так мы не мыслим себе время 1950-1980-х годов без голоса Озерова, в котором звучали азарт и страсть. Каждый его репортаж был способен пробудить инстинкт болельщика».
     «Наш микрофон установлен на стадионе в Париже (Монреале, Мельбурне – далее везде)», – так начинались его репортажи из разных городов планеты. Голос Николая Озерова в СССР знал каждый, а его имя ассоциировалось со всем советским спортом.
Наряду с Вадимом Синявским Николая Озерова по праву считают родоначальником и патриархом отечественного спортивного репортажа.

          В комментаторы попал случайно
     С детства он мечтал петь, как его отец – солист Большого Театра, профессор Московской консерватории Николай Озеров. И как его прапрадед – известный в России духовный композитор XIX века, протоиерей Михаил Виноградов.

     После школы Коля Озеров поступил в ГИТИС, но учебу пришлось отложить – началась война. Первокурсники организовали фронтовую бригаду, выступали перед солдатами на вокзалах перед отправкой на фронт, в госпиталях. В 1946 году окончив театральный институт, Николай получил направление во МХАТ.
     Все знают, что Озеров, прежде всего, прославленный теннисист. Его увлечение спортом началось в раннем детстве. В 12 лет (!) он стал чемпионом Москвы, а чемпионом Советского союза был 45 раз! 170 раз побеждал на всесоюзных и международных турнирах. В 25 лет получил звание Заслуженного мастера спорта СССР.
     Николай Николаевич не раз говорил, что в комментаторы попал случайно. Днем тренировки, вечером репетиции и спектакли. Казалось, работать кем-то еще невозможно. Но когда единственному на тот момент в стране комментатору Вадиму Синявскому потребовался напарник, выбор пал именно на Озерова.
     Каждая секунда его времени была расписана, во МХАТ он иногда влетал буквально на последней минуте до начала представления. Переодевался в костюм и выходил к зрителям... На сцене МХАТа он выступал 30 лет, сыграл более 20 ролей.
     Озеров любил спектакль «Синяя птица», наверное, потому, что он учит взаимовыручке и дружбе. Да и сам характер дяди Коли, как его называли между собой друзья, был похож на характер его персонажа – Хлеба, добродушного толстяка.

     На Озерова надевалось множество одежд и аксессуаров. Когда он уходил со сцены, то кто-то из актеров хулиганил и бил Николая Николаевича ногой под зад. Озеров решил привесить под свой балахон жестяной таз. И когда актер снова отвесил пинка, раздался дикий грохот. Зрители хохотали.
     Сразу после спектакля он мчался на стадион, брал в руки ракетку или надевал футбольные бутсы. Да, именно бутсы, потому что Озеров довольно неплохо выступал за несколько футбольных команд общества «Спартак».

          Новое искусство
     Свой первый радиорепортаж Озеров провел в 1950 году со стадиона «Динамо», наблюдая за матчем команд «Динамо» – ЦСКА. В редакцию сразу же пришло 40 писем с похвалами в адрес начинающего журналиста. Фразы Озерова становились крылатыми, о спортивном комментарии в его исполнении стали говорить как об искусстве.
     Эмоциональные комментарии Озерова заставили миллионы людей полюбить хоккей. Он зажигал даже ослепших от старости бабушек, и они азартно «болели за наших». Блестящую работу Озерова у микрофона определяли знание спорта, необыкновенная интеллигентность и актерское дарование. Доныне никто не смог достичь уровня его феноменального мастерства.
     Озеров очень любил комментировать хоккей, стоя у бортика. И даже не задумывался о том, что можно получить серьезную травму. Однажды Николай Николаевич вел репортаж с матча ЦСКА – «Спартак». Зал был заполнен битком, в правительственной ложе сидел Леонид Брежнев. И тут во время стычки на льду армеец Сергей Капустин проехался клюшкой по макушке Озерова. Хлынула кровь, репортаж был остановлен. Бригада медиков бросилась перебинтовывать Николая Николаевича, а микрофон перехватил комментатор Евгений Майоров – вынужденная замена ровно за пять минут до перерыва. После перерыва Озеров вернулся на рабочее место: «Мы продолжаем наш репортаж!» – произнес он своим неподражаемым голосом с чуть глуховатой интонацией, вселяющей бодрость, оптимизм и уверенность в победе.
     Председатель Гостелерадио СССР Сергей Георгиевич Лапин не пропускал ни одного репортажа. За допущенную неточность вылететь с работы можно было за пару секунд. Как-то раз Николай Озеров в эфире посетовал на постоянно ломающиеся клюшки советского производства. Комментатору позвонили из высокого кабинета и строго запретили вещать о клюшках. «Не смейте сеять пораженческие настроения среди советских людей!» – прокричал голос в телефон.

          Умел красиво все обставить
     – Как человек талантливый, Николай Николаевич в теннисе умел многое предугадать, – говорит Анна Дмитриева, сильнейшая теннисистка страны 1970-х годов, директор спортивных программ НТВ–Плюс. – Это был его главный козырь. Николай Николаевич был в весе, бегать за чужими мячами у него попросту не было сил. У него была хорошей первая подача – пушка и такой же зверский удар справа. Он под него забегал и забивал с любой точки. На теннисиста Озерова ходил зритель – игра его была не мучительной работой, а спектаклем, в котором он создавал и разыгрывал всевозможные творческие комбинации.
     – Помню, мы с ним играли «микст», – продолжает Анна Владимировна. – И пару раз даже выиграли чемпионат Москвы. Но Озеров скорее сделал это для коллекции, потому что ему хотелось переиграть в «миксте» со всеми женщинами. Я была из последнего поколения тех женщин. Николай Николаевич все красиво обставлял. У него всегда была дама сердца. Помню, на тот момент это была красивая актриса. Озеров делал так, чтобы во время игры она сидела в углу корта. Сейчас бы такое, конечно, не разрешили. В углу висело табло с указанием счета, около него сидела актриса и страстно болела за Озерова.

          Знаменитая тюбетейка
     Озеров обожал в ней играть. Он внушил людям, что, когда надевает тюбетейку, то берется за дело всерьез. И если во время игры вдруг что-то не получалось, со свирепым видом натягивал старую выцветшую тюбетейку и продолжал матч в ней, ужасая соперников. После победы Озеров в порыве радости всегда перепрыгивал через сетку.

     – Его часто просили провести на футбол или хоккей, – вспоминает Анна Дмитриева. – Достать контрамарки на какой-либо выдающийся матч не всегда было удобно. Поэтому, пользуясь своей известностью, Николай Николаевич очень легко проводил людей на стадион. И меня научил, как это делать. Он подходил к контролеру и без всяких упрашиваний твердо говорил: «Со мной – десять человек!». Это был психологический прием, потому что у контролера оставалась одна цель – строго пересчитав десятерых, не пропустить одиннадцатого.

          Общество взаимного восхищения
     В свои маленькие блокнотики – те самые, в которых хранились подводки к репортажам и ценные мысли – Озеров записывал просьбы людей. Каждый день новые. И тщательно их выполнял. С самого утра Николай Николаевич начинал звонить по разным инстанциям...
     – Он создал «компанию ОВВ», как сам называл Общество взаимного восхищения, – рассказывает Анна Дмитриева. – Николай Николаевич мне звонил и говорил: «Аня, вот есть такой тренер, он вырастил того-то и того-то. Не забудь, это ОВВ». Это у нас такой пароль был, который означал, что нужно кого-то поддержать.
     Уборщице он помогал устроить маленьких детей в ясли, периферийным артистам пробивал места в театральных общежитиях. Сам факт того, что он помогает людям, доставлял Озерову огромную радость.
     – Помню, я отвела свой первый 20-минутный репортаж о бадминтоне, который Озеров со всем своим величием мог бы и не заметить. Но он специально приехал в студию, вместе со мной смотрел репортаж в записи. Это было очень приятно. Озеров был человеком, который понимал, что жизнь создана из важных моментов, которые необходимо внести в память. Он вообще любил играть в жизнь.

          Гимн Советского союза
     На одном из чемпионатов мира по хоккею в гостинице, где жили советские журналисты, поселился господин Херст-младший, сын американского газетного магната и владелец журнала «Плейбой», с секретаршей. Все друг другу сообщали: «Херст приехал, Херст!» Николай Озеров и Никита Симонян, спустившись в вестибюль отеля, ожидали машину, чтобы посетить посольский магазин ширпотреба.
В вестибюле в мягком кресле развалился Херст, а его секретарша пикируется с администратором – не хочет жить в номере за 40 долларов. В английской речи периодически проскальзывает наше родное из трех слов, последнее – мать. Оказалось, это известнейшая в прошлом московская дамочка – одна из первых путан. Она однажды отловила в Сочи американского сенатора, женила на себе и эмигрировала. Про нее и двух подруг «Комсомолка» опубликовала фельетон «Мадам Дюпон из Марьиной Рощи». Зачитывали до дыр.
     Херст узнал Озерова и стал в голос, иронично имитировать наш Гимн, одновременно показывая руками объемы фигуры Николая Николаевича. Озеров – ноль внимания. В вестибюле появился сотрудник посольства. Озеров встал, подозвал затихшую секретаршу: «Переведите своему боссу: Гимн Советского Союза нужно исполнять стоя». Херст замолчал, встал и молча провожал нас испуганно-недоуменным взглядом.
    Еще при жизни Николая Николаевича история его встречи с Вячеславом Михайловичем Молотовым, вторым после Сталина руководителем СССР, обросла небылицами. Вот рассказ Озерова, записанный с точностью до запятой.
    «Молотов – пенсионер, проживал на Комсомольском проспекте и часто ходил гулять в Лужники. Озеров на своей светлой «Волге» 00-62 выезжал со стадиона по набережной и заметил гуляющего Молотова. Он остановил машину, подошел, представился и предложил подвезти до дому. Тот охотно согласился. У подъезда Озеров сказал: «Теперь я буду всем рассказывать, что подвозил самого Молотова». На что тот ответил: «Это я буду всем рассказывать, что меня подвозил сам Озеров».

          Родник вдохновения, крупная личность
     Широко известные деятели культуры, герои спорта, артисты, литераторы очень высоко ценили талант Николая Николаевича Озерова, его авторитет в этих кругах был непоколебим. Приведем мнения лишь некоторых из них.
     Владислав Третьяк, 3-кратный Олимпийский чемпион, президент Федерации хоккея России: «Озеров мог тебя возвысить, а мог тебя похоронить. Все болельщики и специалисты, те, кто смотрел хоккей в частности, доверяли ему, как самому главному специалисту».
     Андрей Тихонов, многократный чемпион России по футболу: «Когда мы познакомились, он уже был на инвалидной коляске, и он вручал мне «Золотую бутсу» лучшего футболиста России. Это были очень трогательные минуты. Он меня обнял, как внука или сына, поцеловал, пожелал удачи».
     Мнение замечательного поэта Николая Добронравова, чьи песни на музыку Александры Пахмутовой пела вся страна, дорогого стоит. Друг и полный тезка Озерова, он автор хитов,посвященных спорту, таких как «Команда молодости нашей», «Трус не играет в хоккей», олимпийская прощальная «На трибунах становится тихо» и многих других из песенного цикла «О спорт, ты — мир». Так назывался кинофильм с участием Николая Озерова, за который он был удостоен Государственной премии СССР (1982 г.). Николай Добронравов считает Озерова «Самым талантливым человеком XX века» и поясняет: «По совокупности профессий разных и очень сложных – спортсмен, артист, комментатор, – каждую из которых он исполнял превосходно, Николай Николаевич доказал, что является выдающимся талантом века. Он — родник, из которого люди черпали вдохновение, стремление к свершениям, спортивным подвигам. Его значимость в жизни страны долгие 50 лет трудно переоценить».
     А вот строки из юбилейной статьи об Озерове известного журналиста Олега Хлебникова (Новая газета, декабрь 2002). «…Некоторое время я жил в одном подъезде с Николаем Николаевичем в писательском доме в Астраханском переулке. Ходил он тогда уже с палочкой, но неизменно норовил пропустить перед собой в дверь подъезда и в лифт своих соседей, их посетителей и даже детей. Кстати, со всеми, в том числе и с детьми, он всегда здоровался первым. Здоровался и с совершенно незнакомыми людьми. Потому что прекрасно понимал, что его-то знают все и – пусть даже непроизвольно – хотят ему сказать свое «Здрасьте!» – ну как старшему родственнику, например.
И действительно очень многие воспринимали Николая Николаевича Озерова как своего родственника, с которым говорили чаще, чем со многими близкими. Ведь его футбольные, хоккейные, теннисные репортажи были диалогичны. Когда он говорил, например, свое знаменитое «Такой хоккей нам не нужен!» — безусловно, предполагалось наше коллективное «Да уж!» и осуждающее качание голов по другую сторону экрана.
     Наверное, можно сказать, что за уверенной диалогичностью репортажей Озерова стояла безусловная, пусть и наивная, вера в торжество добра и справедливости, которым он и служил… А для своих соседей-писателей Николай Николаевич был просто кудесником.
     Представьте себе хмурое, зябкое утро после творческих мук неумеренного возлияния. Дрожащей рукой вы прикрываете дверь своей квартиры и идете в поисках… а если еще и нет одиннадцати!.. о горе!.. И вдруг встречаете своего знаменитого соседа, прогуливающего собачку, — добрейшего Николая Николаевича, который сочувственно смотрит на вас и вдруг приглашает к себе, проводит в библиотеку, а там среди книг — о радость! — каких только сосудов нет! Невероятных форм и национальностей, подаренных и привезенных из-за железного занавеса… Крупная личность всегда толерантна и снисходительна к человеческим слабостям».

          Со спорта я начал, спортом и закончу
     От торжественных проводов на пенсию Николай Николаевич отказался (видимо, понимал, что будет сплошная «показуха»). Он просто собрал у себя друзей — Юрия Никулина, Рубена Симонова, Анатолия Папанова, Андрея Гончарова. Под дружескую беседу, шутки и анекдоты отметил завершение карьеры. Посетовав, правда, что ему не суждено было провести репортаж о финальном матче чемпионата мира по футболу с участием сборной нашей страны.
     – Если говорить откровенно, чем бы я ни увлекался, все равно, если так можно сказать, основной лейтмотив моей жизни – это спорт. Со спорта я начал, спортом и закончу, – эти слова Николая Николаевича стали пророческими. Время быстро подсказало новую работу — в 1991 г. пришлось возрождать расформированный «Спартак». Преданность этому спортивному обществу он сохранил с детских лет. В 1992 г. он сменил на посту председателя общества «Спартак», олимпийского чемпиона Петра Болотникова. Некогда мощное, общество досталось Озерову в виде жалких обломков: стадионы становились рынками, базы отдыха – отелями. Он судился, но биться за каждый объект не было ни сил, ни денег. Однажды Камский автозавод подарил Озерову два грузовика. Он их продал, а деньги отнес в «Спартак».
     В начале 1990-х в Средней Азии Озерова ужалило в ногу какое-то насекомое. Организм, ослабленный диабетом, не смог справиться с инфекцией. Началось заражение, правую ногу пришлось ампутировать до колена. С инвалидной коляской спортивному комментатору помог Иосиф Кобзон. Сам Озеров ни к кому и никогда не обращался с личными просьбами. Ходил на костылях, которые отдала ему вдова Льва Яшина. Но, несмотря на проблемы со здоровьем, Николай Николаевич Озеров до последних дней жизни активно участвовал в деятельности «Спартака».
Когда Озерова не стало, артисты МХАТа вспоминали последние слова его Хлеба в спектакле «Синяя птица»:
     — Вы больше не услышите моего голоса, но я всегда буду там, в квашне, на полке, на столе, около тарелки с супом. Смело могу сказать, что я самый верный сотрапезник и самый старинный друг Человека.
     У Николая Николаевича 16 государственных наград, первая из них — медаль «За оборону Москвы». Ее он получил в 1945 году за участие в концертной бригаде, выступавшей в воинских частях и госпиталях. Орден Трудового Красного Знамени, два Ордена «Знак Почета», орден «Дружбы народов», «За заслуги перед Отечеством» III степени, орден «Спартака». Он – кавалер Олимпийского ордена МОК, лауреат премии Союза журналистов СССР, лауреат национальной премии телевидения ТЭФИ.
     Российский футбольный союз в 2002 г. учредил приз его имени, который вручается журналистам за успехи в деле пропаганды футбола и высокое профессиональное мастерство. В ноябре 2003 г. он избран в Зал российской спортивной славы в номинации «Игроки и деятели тенниса второй половины ХХ века».
     В 2005 г. Федеральное Агентство по физической культуре и спорту учредило «Медаль Николая Озерова», которой будут награждаться граждане Российской Федерации и иностранных государств за большой личный вклад в популяризацию российского спорта и укрепление международного сотрудничества.
     Николай Николаевич похоронен на Введенском кладбище рядом с могилой матери Надежды Ивановны. На кресте из черного мрамора выбиты слова из православных молитв. В основании креста начертаны имена и годы жизни братьев Николая и Юрия Озеровых.

     Юрий Николаевич Озеров – старший брат Николая, знаменитый кинорежиссер, автор фильма-эпопеи «Освобождение», лауреат Ленинской и Государственной премий. Прошел всю войну связистом от рядового до майора, участвовал в штурме крепости Кенигсберг. Умер в 2001 году. Деньги на памятник братьям Озеровым были выделены Президентом Российской Федерации по личному ходатайству Павла Павловича Бородина.

     P.S. Пару недель назад в Загорянке был Владимир Иванович Перетурин, известный футбольный комментатор. В течение 20 лет вместе с Озеровым он вел на ТV «Футбольное обозрение». Зайдя в Администрацию, Перетурин принялся рассказывать байки из своей жизни, тесно переплетавшейся с жизнью дяди Коли. В этих историях Николай Николаевич был добрым, безотказным, деликатным человеком, к тому же еще и смелым.
     Перетурин и Озеров много ездили по стране с лекциями по линии Общества «Знание». Так, во Владимирской области они объездили все заводы, фабрики, колхозы и НИИ. Закрывая командировку в местном отделении «Знания», дядя Коля в шутку сказал, что на Владимирщине не осталось учреждения, не охваченного беседой о спорте. Ему также в шутку ответили, что есть еще Владимирский Централ. Не раздумывая, дядя Коля взял направление. И выступал перед ошалевшими заключенными,пропагандируя любовь к спорту с неизменным энтузиазмом.