Газета " Новый Горожанин" №4-2010 - «Этим вопросом занимается Берия: или грудь в крестах, или голова в кустах!»

13.05.2010 г.
     В 1937 году вместе с каналом Москва-Волга столица получила новый источник водоснабжения. Чтобы водой можно было пользоваться как питьевой, требовались коагулянты . Химкомбинат в Воскресенске получил задание наработать новый коагулянт – из нефелина. Нефелин поставлялся с апатитового комбината на Кольском полуострове.

      Молодой химик Моисей Ильич Стуль был назначен руководителем работ по получению нефелинового коагулянта на оборудовании суперфосфатного производства. Работать приходилось в выходные дни с группой добровольцев, которых можно было привлекать за дополнительную оплату. В течение первой половины 1941 года задание было выполнено – получены несколько тысяч тонн коагулянта, разработана и освоена новая технология. Так Моисей Стуль стал специалистом по коагулянтам и впервые в жизни получил благодарность от Наркома химической промышленности.
     После битвы за Москву в снегах москворецкого бассейна остались тысячи незахороненных солдат – наших и немцев. С наступлением весны могла возникнуть опасность попадания трупного яда в водоканал с последующей подачей зараженной воды в Москву. В декабре 41-го воскресенский комбинат получил задание наработать железный коагулянт из сернокислотного производства.На комбинате лежали миллионы тонн этих отходов.

     Моисей Ильич рассказывает:
– Меня отозвали для выполнения этой работы. Директор сказал: «Или грудь в крестах, или голова в кустах – этим вопросом занимается Берия!».
     Я числился начальником суперфосфатного цеха, цех же был полностью эвакуирован: ни моторов, ни пускателей, все свинцовое оборудование и сотни тонн свинца – все вывезено. Мы приступили к восстановлению цеха, искали людей, составляли ведомости нужных материалов и оборудования. Все было сложно, но самое главное – надо было найти 120 человек, обучить их новой технологии, которая создавалась на ходу. Работали по 12 часов, жили в цехе. Технология оказалась очень сложной и первые пуски в начале марта привели к негативным результатам. Макрокристаллизация продукта была иной, чем в лабораторных условиях, и агрегат вышел из строя. Мы предприняли все усилия для пуска второго агрегата, и уже к концу марта первые 60 тонн нового коагулянта были отгружены на водонасосную станцию в Щитниково.

     Моисей Ильич Стуль и его коллеги понимали, что кроме них эту работу никто не сделает. Нужно было не только знать химию, но и врасти в вопрос. Они работали беззаветно, понимая, что возникновение массовых заболеваний из-за плохой подготовки воды станет большим подарком для немцев.

      – С приближением 65-летия Победы, вспоминается не только этот случай, – продолжает Моисей Ильич. Другой эпизод был не менее важен. В 1943 году я уже работал начальником сернокислотного цеха. Известно, что в производстве взрывчатых веществ (ВВ) требуется серная кислота особой концентрации, так называемый олеум. Без олеума взрывчатку делать невозможно. Комбинат производил значительное количество олеума, за каждую тонну строго отчитывался. На фронте ВВ не хватало, заводы по его производству оостались на оккупированной территории. Мне было известно, что на Пермском заводе пытались сконцентрировать серную кислоту и получить концентрацию купоросного масла, но результаты были неудовлетворительные – не хватило технологического тепла. Обдумывая эти результаты, я пришел к выводу, что у нас может получиться дополнительный. Начертил схему на листочке и решил посоветоваться с начальником планового отдела. Объяснил ему все. Понимая, что это большой риск, он все же принял решение доложить директору завода.      Директор тотчас собрал совещание руководителей служб, где я доложил вероятный объем работ и возможный результат. Когда совещание приняло окончательное решение, директор доложил Наркому и получил «добро». Срочно была организована группа монтажников, проектировщиков и началась учеба людей. В 3 дня запустили новую схему на одной из сернокислотных линий. Через сутки получили результаты, но работа имела высокий риск, это понимали все. Тем не менее, выпуск олеума вырос на 30 %. А значит, выпуск снарядов для фронта был значительно увеличен.
          
     От редакции. В июле 2010 года Моисею Ильичу Стулю исполняется 95 лет. В 1950-х годах его перевели из Воскресенска на Щелковский химзавод как специалиста сернокислотного производства. Он поселился в Загорянке. Его жена Елена Николаевна, тоже химик, умерла год назад. Вместе они вырастили двух дочерей (одна из них пошла по стопам родителей), есть внуки и правнуки. Удивительно, что Моисей Ильич до сих пор работает - не может сидеть без дела. Закалка-то сталинская.